Президент Азербайджана Ильхам Алиев принял участие в 25-м юбилейном саммите Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), который проходил 1 сентября 2026 года в Бишкеке (Кыргызстан). Согласно общепринятому мнению, Баку использует формат «ШОС+» для расширения политических, транспортных и экономических связей на евразийском пространстве.

То есть, официально в ШОС Азербайджан обладает статусом партнера по диалогу. Этот статус закреплен меморандумом, подписанным более 10 лет назад. И в формате «ШОС+» Баку регулярно участвует в расширенных заседаниях глав государств (включая прошлый Тяньцзиньский саммит). 

Часто можно слышать и читать, что взаимодействие Азербайджана и Шанхайской организации сотрудничества строится на принципах взаимной выгоды, где ключевыми факторами выступают геостратегическое положение Баку, развитие транзитных коридоров и диверсификация внешнеэкономических связей. 

Но возникают и другие вопросы. Чем именно Азербайджан полезен для ШОС? И чем ШОС полезна для Азербайджана? Возможны ли минусы и риски для Азербайджана от более глубокого сотрудничества с ШОС? Не связаны ли они с геополитикой, балансом внешних связей и региональными противоречиями?

Например, член организации Индия ранее блокировала повышение статуса Азербайджана в ШОС из-за тесных союзнических отношений Баку с Пакистаном. Полноценная интеграция может усложнить отношения с Дели и перенести двусторонние споры на многостороннюю площадку.

Кроме того, внутри ШОС пересекаются геополитические интересы Китая, России и Ирана – не создает ли это риск оказаться втянутым в чужие противостояния?

Азербайджан традиционно придерживается принципа неприсоединения и развивает многовекторную дипломатию (включая тесные связи с Турцией и Европой). А членство в блоках, воспринимаемых на Западе как антизападные или альтернативные институтам США и ЕС, может вызвать напряжение в диалоге с западными партнерами. 

И не грозит ли доминирование Китая в экономических проектах ШОС усилением сырьевой зависимости или вытеснением местных производителей более сильными азиатскими игроками?  

Своими мыслями на сей счет поделился с Pressklub.az депутат Милли меджлиса, известный политолог Расим Мусабеков. 

Он предложил вначале посмотреть, что из себя представляет ШОС. «Организация была создана для решения конкретной задачи, а именно — урегулирования территориальных споров, которые существовали у Китая с Советским Союзом и касались, уже после распада СССР, России, Кыргызстана, Таджикистана и Казахстана. Эти вопросы были урегулированы более или менее на основе компромиссов.

Был создан ШОС, в котором состояли Россия и Китай, и это создавало определённый баланс интересов как для Китая, так и для России и, в первую очередь, для самих государств Центральной Азии. В этом виде ШОС существовал довольно долго. Ну а потом, с учётом экономического проникновения Китая в Центральную Азию, появилось желание Китая и России, чтобы в значительной степени Центральная Азия оставалась полем экономического, политического и военного влияния именно этих двух держав и, по крайней мере, если не перекрыть, то затруднить широкое проникновение в Центральную Азию западных государств с их капиталом и политическим влиянием, что в общем-то и реализовывалось.

В дальнейшем произошло присоединение Пакистана, Индии, Ирана и Беларуси. Впрочем, я не могу сказать, что это расширение ШОС увеличило её влияние или создало какую-то дополнительную синергию, позволяющую организации влиять на процессы в мире. ШОС не влияет даже на те процессы, в которые вовлечены сами члены этой организации. Например, Индия и Пакистан еще год назад стояли на пороге широкомасштабной войны, которая продолжалась на протяжении недели. Разве ШОС каким-то образом заявил о себе? Ведут войну Иран, Россия — разве последовала какая-то поддержка или коллективное обращение к странам, вовлеченным в эти конфликты? Никоим образом.

Когда год назад произошли военные столкновения между Кыргызстаном и Таджикистаном с десятками, если не сотнями погибших, проявил ли себя как-то ШОС? Нет, в реальности в этот вопрос вмешались Узбекистан и Казахстан: там произошли определенные территориальные размены, ситуацию взяли под контроль, а ШОС там не было видно», - рассказал эксперт.

Что же касается Азербайджана, продолжил он, — большая часть нашей экономики совершенно не связана с ШОС. «С Россией у нас около 7% торгово-экономического оборота, с Китаем — тоже примерно под 7% или даже меньше. Если взять совокупно все государства Центральной Азии, Индию (с которой мы практически не торгуем) и остальные страны ШОС, то суммарно в торгово-экономическом балансе Азербайджана они занимают вряд ли даже 25%, скорее меньше — около 20%.

Тогда как на Евросоюз, Турцию, Великобританию, США, Японию и Южную Корею в общей сложности приходится более 70% нашего торгово-экономического оборота. Поэтому нельзя сказать, что Азербайджан в экономическом отношении как-то погружен или связан с ШОС. Больше всего на организацию завязаны государства Центральной Азии, Россия и сам Китай. Хотя для Китая ШОС вряд ли составляет более 20% экономики, так как большая часть его торгово-экономических отношений приходится на США и Евросоюз — это основные партнеры Китая, а вовсе не Россия и тем более не Индия. Для изолированного Ирана страны ШОС имеют значение, как и для России. Но получают ли они нужную поддержку от ШОС? В документах организации я этого не увидел.

В некотором смысле для государств Центральной Азии Китай и Россия создают баланс, чтобы ни одна из этих держав не своевольничала в отношении региона. Для Азербайджана остроты создания баланса именно с такими участниками нет. Наш основной участник геополитического баланса в регионе — это Турция, которая находится с нами в союзных отношениях. Тем не менее у Азербайджана союзнические отношения со многими государствами ШОС: Казахстаном, Узбекистаном, Кыргызстаном, Россией. Также у нас близкое к союзничеству стратегическое партнерство с Пакистаном и стратегическое партнерство с Китаем. Это всё есть.

В контексте развивающегося Срединного коридора и диверсификации экономических отношений Азербайджан хочет сбалансировать связи, в том числе через развитие восточного направления. Да, в этом плане Азербайджан проявляет интерес к ШОС, но эта организация не является для нас жизненно важной. Мы параллельно выстраиваем отношения с государствами Центральной Азии напрямую: в рамках платформы диалога «Центральная Азия + 5» (которая теперь превратилась в шестерку), через Организацию тюркских государств, а также на двусторонней основе. Азербайджан всегда отдавал приоритет именно двусторонним отношениям, и думаю, так будет и дальше. Участвовать в работе организации полезно, но я бы не стал преувеличивать значение членства в ней.

Полагать, что это серьезно отразится на внешнеполитической, внешнеэкономической позиции или безопасности Азербайджана, не стоит. Мы будем поддерживать связи с ШОС, но преувеличивать её значение для Азербайджана и всего Южного Кавказа я бы не стал. В первую очередь нас интересуют транспортно-коммуникационные проекты и вовлеченность в них Центральной Азии и Китая, хотя и там есть конкуренция. Проекты, которые сейчас развивает Азербайджан, вовсе не вызывают восторга ни у России, ни у Китая, ни у Ирана или условной Индии. Так что в этом смысле ШОС для нас тоже не игрок. Нам важно координировать отношения по конкретному Срединному коридору напрямую с государствами, которые вовлечены в этот проект», - заключил Мусабеков. 

Рауф Оруджев