В России в разного рода изданиях в последнее время появились публикации, где публику подводят к мысли, что нынешний тупик в «СВО» уже можно считать победой в войне с Украиной. И что даже поражение все равно обернется России во благо. А последние громкие угрозы – как агрессивная риторика с призывом к западным посольствам покинуть Киев, так и все более массированные и жестокие ракетно-дроновые удары по украинским городам – могут быть попыткой вернуть Вашингтон и Киев к переговорам, пишет The Washington Post со ссылкой на европейских чиновников и аналитиков.

Даже профессор российского вуза, близкий к руководству МИД (так западные журналисты обычно называют источники в МГИМО, который консультирует дипломатов, отмечает The Moscow Times), сказал WaPo, что последние российские угрозы и бомбардировки являются реакцией на «расширение географии ударов украинских дронов и ракет» и на замедление темпов продвижения на фронте. Путин, по-видимому, все еще считает, что может захватить оставшуюся часть Донбасса «в течение нескольких месяцев» и уже с учетом этого возобновить переговоры о прекращении конфликта, сказал он. Но добавил про ситуацию на фронте: «Мы этого не видим. И если не будут предприняты дополнительные усилия, то говорить можно только о стагнации».

Эскалация в риторике и дальнобойных ударах, но не на поле боя – следствие растущих трудностей, с которыми сталкивается Россия на войне и в экономике, она может свидетельствовать о попытке добиться возобновления мирных переговоров с целью достичь соглашения на условиях Москвы, поделились с WaPo на условиях анонимности европейские чиновники. Об этом же написал в Х канцлер МИД Эстонии Йонатан Всевиов: «Теперь, когда рассеивается иллюзия о том, что время на стороне Путина и рано или поздно Запад предложит за столом переговоров то, чего Москва не смогла добиться на поле боя, Кремль усиливает напряженность… пытаясь в последний раз заманить Запад в переговорную ловушку».

Близкие к Кремлю эксперты стали подводить публику к мнению о том, что остановку войны по нынешней линии боевого соприкосновения (ЛБС) уже можно считать победой. Об этом, в частности, пишет в статье «Чугунная проза реальности» директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин. Публикация вышла в издании «Россия в глобальной политике», которым бессменно руководит Федор Лукьянов, ведущий сессии с Путиным в Валдайском клубе. А в редакционный совет входят, помимо прочих, глава МИД Сергей Лавров, помощник Путина Юрий Ушаков, председателем же является Сергей Караганов, предлагавший нанести превентивный ядерный удар по Европе.

Война сейчас идет между сопоставимыми по силе противниками, а исторически такие войны «крайне редко приводили к полному уничтожению одной из сторон», пишет Кашин. В этом случае цели войны надо подвергать корректировке, в которой «нет ничего удивительного, сам ее факт не говорит о неудаче».

В отличие от Минобороны РФ, которое постоянно заявляет, что удары по украинским городам наносятся только для поражения военных объектов и производств, Кашин цинично не скрывает реальности: «Российские удары… осуществляются на максимальном уровне возможностей. Они наносят Украине огромный экономический ущерб… те или иные повреждения от ударов имеют около 20% многоквартирных домов Киева, уничтожена значительная часть энергетики, транспортной инфраструктуры и промышленности Украины. В ходе зимних ударов по энергетике тысячи жилых зданий подверглись вымораживанию».

Но ни это, ни даже уничтожение «центров принятия решений», которым не раз (и снова – в последние дни) грозили российские власти, не позволит победить в войне, констатирует Кашин: «У нас нет оснований ожидать в обозримом будущем преодоления позиционного тупика в войне на Украине». А если применить ядерное оружие, результат будет таким же, как если его не применять, но договориться о прекращении конфликта, – заморозка по нынешней ЛБС.

Поэтому Кашин предлагает договариваться, основываясь на ранее выдвинутых Путиным условиях:

Закрепление за Россией [захваченных] территорий в рамках соглашений Анкориджа в сочетании с запретом для Украины участвовать в военных блоках, размещать на своей территории иностранные войска и с некоторыми ограничениями для украинских вооруженных сил в этом случае является для нас хорошим результатом и полноценной военной победой.

А идеи о том, «что мы можем быстро обрушить украинский фронт, если "мобилизуемся, напряжемся, ударим со всей силы", следует отбросить и забыть», настаивает Кашин: «Не в наших интересах бесконечно сжигать ресурсы под Малой Токмачкой, преследуя воображаемые цели».

Статья с похожим посылом недавно вышла в «Московском комсомольце» (правда, вскоре была удалена). Именно «проигранные войны и унизительные перемирия регулярно приводили к новым рывкам, реформам и, как ни поразительно, к новым победам», утверждалось в ней. В качестве примеров приводились, в частности, отношения с Золотой Ордой, поражения в Крымской, русской-японской и других войнах. После которых «Россия раз за разом, со времен ига, выбирала спасительный [путь] — унять распоясавшиеся элиты и дать больше свободы людям».

Завязнув на фронте, в тылу Россия все сильнее погружается в экономическую стагнацию. Рост военных расходов и падение доходов бюджета ведут к раздуванию фискального дефицита. Вкупе с двузначной процентной ставкой это увеличило расходы правительства на обслуживание госдолга на 249% по сравнению с допандемийным 2019 годом – больше, чем даже на войну (213%).

Представители Министерства финансов и Центробанка уже даже предложили Путину урезать военные расходы, настаивая, что без этого дефицит казны может достичь угрожающих размеров.

«Военное преимущество России начинает таять, Украина расширяет географию ударов и их интенсивность, а США взяли паузу в переговорах, —говорит Татьяна Становая, старший научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии. – Все это создает ощущение, что дела идут не так, как хотелось бы Путину».

При таком положении дел эскалация, по ее мнению, — единственный способ отреагировать на ситуацию, которую невозможно контролировать.

Москва может использовать угрозу эскалации конфликта, чтобы подтолкнуть США к возобновлению мирных переговоров, в ходе которых, по расчету Кремля, администрация Дональда Трампа все-таки окажет давление на Владимира Зеленского с целью добиться вывода украинских войск из Донецкой области, сказал WaPo европейский чиновник.

Но Украина, которая начала перехватывать инициативу в войне, на это не пойдет, категорична Становая: «Этого не произойдет. Я не могу себе этого представить». 

Интересно, способно ли нынешнее российское руководство решиться на замораживание боевых действий, то есть, согласиться на временное перемирие по линии соприкосновения? И может ли это перерасти в перманентное затишье? То есть, не полное решение конфликта, но хотя бы не война с гибелью людей. 

Своим мнением об этом согласились поделиться с Pressklub.az известные зарубежные эксперты.

Российский политолог, социолог, доктор экономических наук, ассоциированный исследователь программы по России и Евразии в Чэтем-Хаусе (Королевском институте международных отношений) Владислав Иноземцев отметил, что сегодня ситуация для Кремля выглядит достаточно сложной, так как украинские вооружённые силы перехватили инициативу на фронте. 

«Они наносят масштабные удары по российским тылам. Несмотря на то, что эксперты весь последний год называли удары по НПЗ малозначимыми, они оказались крайне болезненными. В целом, ведение позиционной войны на протяжении нескольких лет в надежде на перелом — это большая военная ошибка. На текущий момент нет предпосылок к тому, что Россия сможет обеспечить серьёзный прорыв на фронте какими-либо средствами, и Украина не намерена отдавать свои территории.

В этой ситуации Кремлю остаётся только подготавливать общественное мнение к примирению на нынешней линии соприкосновения. Российское население не имеет к этому предубеждений: если объявить о завершении войны, освобождении Донбасса и защите людей, общество воспримет это с большим облегчением. Конца конфликта ждут все: и простые люди, и бизнес, и чиновники. Главным препятствием остаётся лично Владимир Путин, который не хочет прекращать войну, так как военные чиновники дезинформируют его, скрывая фактическое поражение.

Опираясь на ложную информацию, Путин сохраняет уверенность в своём наступлении и наличии рычагов давления на Украину. Выход из этого тупика возможен только в том случае, если военные признаются во лжи, которую они транслировали как минимум последний год. Вероятно, война продлится ещё несколько месяцев или полгода, пока ситуация не станет для Путина очевидной. Хотя экономика находится в худшем состоянии, чем в прошлом году, экономические трудности не станут причиной прекращения войны.

Решающее слово остаётся за представителями силовых структур — армии и ФСБ. Именно они должны убедить президента в необходимости закончить войну, поскольку доводы экономистов, министра финансов или главы Центробанка на него не подействуют», - уверен Иноземцев. 

Украинский аналитик, доктор политических наук, преподаватель Киевского национального университета имени Тараса Шевченко Петро Олещук заявил, что действительно, всё выглядит так, что достижение Россией каких-либо целей военным путём представляется совершенно нереалистичным. 

Остаётся вопрос, насколько это понимает сам Путин. С одной стороны, его публичная риторика совершенно не соответствует действительности. С другой стороны, тот факт, что он решился отправить в Украину с переговорной миссией Романа Абрамовича, говорит о том, что на самом деле он всерьёз задумывается о возможности выхода из войны с минимальными для себя убытками или проблемами.

Очевидно, он всё-таки что-то понимает. Вся его нынешняя риторика, носящая исключительно «ура-победный» характер, вероятно, связана не с неадекватной оценкой ситуации, а с попыткой её контролировать и влиять на российские элиты, транслируя им, что проблем нет, всё под контролем и «всех победим». На самом деле он, возможно, и сам в этом до конца не уверен.

Кроме того, стоит отметить существенные изменения в позиции международных игроков, в частности Соединённых Штатов. В последнее время многие в администрации Трампа начали говорить иные вещи. Тот же Марко Рубио более не заявляет, что Украина должна идти на уступки или искать компромиссы. Он говорит о том, что война в целом является для России катастрофой, что они совершенно неправильно оценили свои возможности, в то время как Украина наращивает свой потенциал. Россия более не может опираться на убеждение американской администрации в том, что она всё равно победит, и, следовательно, нельзя завершить войну простым давлением на Украину.

Понимание того, что Россия не добьется целей военным путем, становится общемировым консенсусом. Ситуация на фронте скорее паритетная, а на отдельных направлениях намечается преимущество Украины. Общая ситуация для России будет только ухудшаться, и российское руководство не может этого не учитывать. На Путина давят определенные факторы. Более года назад США предлагали ему мир на очень выгодных условиях: закрепление контроля над оккупированными территориями, практически полное снятие санкций и возвращение в «Большую восьмерку» и круг мировых лидеров.

Тогда он мог получить гарантии невступления Украины в НАТО и ряд других внешнеполитических бонусов, представив всё это как победу. Тогда американская администрация верила в победу Путина и была готова на это пойти. Сейчас всё иначе, и таких хороших условий он не получит никогда. Вероятно, им движет желание доказать самому себе, что он не ошибся в очередной раз. Его первой стратегической ошибкой было само начало этой тяжелой и бесполезной для России войны.

Имея шанс выйти из войны наиболее благоприятным способом, он снова переоценил свои возможности и упустил его. Путин не может признать свои ошибки даже самому себе, а тем более публично. В российской политической традиции лидер может совершать любые преступления, но не может быть «нефартовым» или неудачливым. Это главный сдерживающий фактор. Он всерьез думает о выходе из войны, но крайне обеспокоен тем, чтобы этот выход был подан как его личная победа.

Именно поэтому он направляет миссию Абрамовича в Киев — чтобы предложить Зеленскому некие действия, которые можно будет выдать за успех Путина. Однако Зеленский к этому не готов, и он сделал факт переговоров публичным, что стало неприятной «оплеухой» для российского лидера. Путин в этой ситуации напоминает лудомана, который проиграл все деньги в казино, но уверен, что отыграется. Он не может признать поражение, поэтому пытается повышать ставки.

Террористические угрозы против Украины являются частью этой «стратегии лудомана»: если нельзя победить на фронте, значит нужно принудить к уступкам через террор против гражданского населения. Это мешает Путину пойти на реальную заморозку войны. Сейчас на первый план выходят уже не вопросы контроля территорий, а попытки россиян навязать Украине ограничение суверенитета (ограничение армии, запрет на присутствие иностранных войск), что для Украины абсолютно неприемлемо.

С 2022 года ситуация радикально изменилась: Украина из реципиента оборонной помощи превращается в донора оружия и современных военных технологий. Для Украины критически важно развивать кооперацию с Западом и странами Персидского залива, поэтому она никогда не пойдет на ограничения своего оборонного сектора. Это вопрос не только безопасности, но и будущей экономической модели страны. Вся дальнейшая дискуссия перейдет в эту плоскость и будет зависеть от того, насколько эффективно Украина сможет противостоять российскому террору. Если Украина сможет отражать атаки и наращивать свои собственные, Путин будет вынужден принять реальность, хотя сроки этого предсказать сложно», - полагает Олещук.

Российский политический аналитик, главный редактор портала After Empire Ольга Курносова считает безусловным, что если бы не личность Владимира Путина, то все остальные представители российской элиты вполне готовы были бы к остановке войны по линии боевого соприкосновения. 

«Однако, как мы снова увидели на Петербургском экономическом форуме, Путин в очередной раз отказался от ведения переговоров и прекращения огня. Пока он находится у власти, рассчитывать на это не приходится. Возможно, единственный человек, который мог бы заставить его остановиться — это Си Цзиньпин. Это был бы неплохой метод, позволяющий перейти к следующим этапам переговоров.

На том же форуме стало известно, что Роман Абрамович ездил к Зеленскому для обсуждения условий возможного перемирия. Хотя Путин утверждает, что Зеленский сам позвал Абрамовича, более вероятно, что именно Путин отправил его узнать возможные условия, а затем, по своему обыкновению, перевернул всё с ног на голову. Даже Z-каналы и военкоры сейчас пишут, что остановка боевых действий была бы для России наилучшим сценарием, так как продолжается бессмысленное уничтожение людей.

Трудно сказать, что еще может заставить Путина действовать разумно. Возможно, серьезное экономическое потрясение. Тот факт, что Эльвира Набиуллина даже не приехала на форум, лишний раз подтверждает наличие глубоких проблем: российская экономика либо уже летит в пропасть, либо вот-вот туда свалится.

В своих мечтах Путин грезит об условиях, которые Сталин навязал Финляндии. Но Путин — не Сталин, а Украина — не Финляндия. Во время Второй мировой войны Финляндия осталась один на один с советским монстром, в то время как сегодня Украина стоит вместе с большей частью Европы.

Украина не пойдет на те унизительные условия, которые приняла Финляндия: жесточайшие ограничения на развитие собственных политических сил, запрет антисоветских партий и жесткие лимиты для армии. Эти условия сохранялись до тех пор, пока Советский Союз не начал «дышать на ладан». В итоге Финляндия освободилась от этого договора, вступила в НАТО и доказала, что попытки «натянуть сову на глобус» и примерить на себя роль Сталина ни к чему не приведут.

В завершение я могу лишь посоветовать кремлёвской элите устроить коллективный просмотр фильма «Операция «Валькирия» — возможно, тогда им в голову придут какие-то здравые мысли. 

Обращаю также внимание, что на самом деле, конечно же, Путин прочитал письмо Зеленского ещё в четверг. Именно поэтому в своих ответах на вопросы иностранным информационным агентствам он уже начал полемизировать с Зеленским.

Ну, например, те цифры потерь, которые он приписал Украине, совершенно очевидным образом перекликаются с теми потерями России, о которых говорит Зеленский в своём письме. Так что не стоит говорить, что Песков ему эту бумажку подсунул. Ничего подобного. Он прочитал письмо ещё в четверг», - заключила Курносова.

Рауф Оруджев