Григол Гегелия, секретарь по иностранным делам оппозиционного объединения «Лело — Сильная Грузия», жестко раскритиковал инициативу правящей партии «Грузинская мечта» по запрету ряда оппозиционных партий. Он назвал подобные обсуждения экстремальной мерой диктаторских режимов, которая указывает на то, что Грузия движется по пути Беларуси и России.

По словам политика, режим «Грузинской мечты» только разыгрывает следование европейскому курсу, а на самом деле укрепляет жесткую диктатуру.

Гегелия подчеркнул, что попытка запретить партии, за которые отдали голоса около миллиона граждан страны, недопустима и немыслима даже для формата «электоральной автократии».

По его словам, подобные шаги вызывают крайнюю обеспокоенность цивилизованного мира и приведут к очень жесткому ответу со стороны международных партнеров.

Данный вопрос приобрел международный масштаб. В Европарламенте уже запланированы дебаты под официальным названием «Попытки правящей партии «Грузинская мечта» запретить оппозиционные партии в Грузии», за которыми последует голосование евродепутатов по соответствующей резолюции. Это произойдет уже 8 октября. 

Насколько прав в своих утверждениях оппозиционер Гегелия? Способна ли действующая власть довести дело до реального запрета деятельности известных оппозиционных партий? Если да, то не опасаются ли власти Грузии, что такой ход может вообще поставить крест на дальнейшей евроинтеграции страны, и сильно ухудшить отношения со всем западным миром? 

Своим мнением об этом поделился с Pressklub.az ведущий эксперт Грузинского Центра стратегического анализа (GSAC) Гела Васадзе.

Он заявил, что не стал бы спорить с Григолом Гегелия в главном – запрет крупнейших оппозиционных партий действительно означает переход совершенно определенной черты. «Но сравнения с Беларусью и Россией я бы пока оставил политикам. В Грузии и без них достаточно серьезная ситуация, чтобы не усиливать ее дополнительными эпитетами.

Причем мы уже обсуждаем не теоретическую возможность. Иск в Конституционный суд подан, и речь идет сразу о нескольких оппозиционных партиях. Поэтому вопрос сегодня не в том, способна ли «Грузинская мечта» попытаться довести дело до запрета. Она уже пытается это сделать. Вопрос в другом – будет ли принято соответствующее решение Конституционного суда и какими окажутся его политические последствия?

И вот здесь начинается самое интересное. Потому что можно сколько угодно спорить с конкретными оппозиционными партиями, обвинять их в радикализме, бойкоте парламента, непризнании результатов выборов и вообще во всех смертных политических грехах. Я сам к грузинской оппозиции имею огромное количество вопросов. Но запрещать политические партии, имеющие значительную электоральную поддержку, – это уже совсем другая история. В демократии плохую оппозицию побеждают на выборах. Запрет оппозиции означает, что власть начинает выбирать себе не только собственных кандидатов, но и удобных противников. А это уже очень опасная конструкция», - говорит политолог.

Что касается евроинтеграции, здесь вообще возникает почти сюрреалистическая ситуация, продолжил он. «В Конституции Грузии записан курс на интеграцию в ЕС и НАТО, власть продолжает говорить о европейском будущем страны, а Европарламент тем временем проводит специальные дебаты под названием «Попытки правящей партии «Грузинская мечта» запретить оппозиционные партии в Грузии». По-моему, сам этот заголовок достаточно хорошо описывает глубину кризиса в отношениях Тбилиси и Брюсселя.

Поставит ли запрет партий окончательный крест на евроинтеграции? Я бы не употреблял слово «окончательный». В политике вообще очень мало окончательного. Но совершенно очевидно, что подобное решение еще сильнее отдалит сегодняшнюю Грузию от Евросоюза и резко ухудшит и без того крайне тяжелые отношения с западными партнерами.

Опасается ли этого «Грузинская мечта»? Думаю, вопрос нужно поставить иначе. Судя по действиям власти, политическая цена конфликта с Западом сегодня воспринимается ею как менее опасная, чем риск потери контроля над внутренней политической системой. И вот это, на мой взгляд, гораздо важнее любых заявлений. Потому что политики могут говорить что угодно. В конечном счете направление движения страны определяется не заявлениями, а решениями. А решения последних лет, к сожалению, ведут Грузию совсем не туда, куда она обещала идти», - делает вывод Васадзе. 

Рауф Оруджев